Чародейская песня солнцевых дев, по сказанию чародеев, поется при брачной жизни огненного змея с девушкою. Смешение русских слов со звуками совершенно неизвестными заставляет думать, что она переделана русскими на свой лад.



«Во всем доме — гилло магал — сидела солнцева дева. Не терем златой — шингафа—искала дева; не богатырь могуч из Ноугорода подлетал; подлетал огненный змей.—Лиф лиф зауцапа калапуда.— А броня не медяна, не злата; а ширинки на нем не жемчужены; а шлем на нем не из красного уклада; а калена стрела не из дедовского ларца — Пицапо фукадалимо короиталима канафо.— Полкан, Полкан! разбей ты огненного змея; ты соблюди девичью красу солнцевои девы — Вихадима гилло могал дираф.— Из-за Хвалынского моря летел огненный змей по синему небу, во дальнюю деревушку, во терем к деве. Могуч богатырь — Шиялла шибулда кочилла барайчихо дойцофо кирайха дина.— Во малиновом саду камка волжская, а на камке дева мертвая, со живой водой, со лютой свекровью, со злым свекром. Убит огненный змей, рассыпаны перья по Хвалынско-му морю, по сырому бору Муромскому, по медяной росе, по утренней заре.—Яниха шойдега бираха вил-до.— А наехал злой татарин и узял во полон солнцеву деву, во золотую орду, к лютому Мамаю, ко нехристу бусурманскому, ко проклятому бархадею.—Уахама широфо».